И снова о любви в «Осенней сонате» Ингмара Бергмана

«Осенняя соната» (швед. Höstsonaten) — художественный фильм шведского режиссёра Ингмара Бергмана.

В своей книге «Картины» Бергман писал: «Я хочу сделать фильм о матери-дочери, дочери-матери, и на эти две роли я должен взять Ингрид Бергман и Лив Ульман — их, и только их…». Лив Ульман после этой картины надолго перестала играть в фильмах Бергмана.

Фильм имеет награды:
1979 — Премия «Давид ди Донателло» Лучшая зарубежная актриса — поделили Ингрид Бергман и Лив Ульман

1979 — Премия «Золотой глобус» Лучший зарубежный фильм

1978 — Премия Национального совета кинокритиков США Лучшая актриса — Ингрид Бергман
Лучший режиссёр — Ингмар Бергман
Лучший зарубежный фильм

Когда смотришь фильмы Бергмана, то невольно накатываются слезы. Почему? Потому что видишь зеркало нашего мира. Опять фильм о любви, но о любви уже внутри семейной. Матери и дочерей друг к другу, и не только среди них.

 

Что говорит об этом православная психология?
«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий.»(1Кор.13:1)

«Седьмая печать» И. Бергмана или «Смерть, играющая в шахматы»

«Седьмая печать» (швед. Det Sjunde Inseglet) — художественный фильм, снятый шведским режиссёром Ингмаром Бергманом в 1957 году. Вдохновлён фреской «Смерть, играющая в шахматы» (швед. Döden spelar schack) в церкви Тэбю ( Täby kyrka, Швеция), выполненной мастерской Альбертуса Пиктора около 1480 года.

Название взято из 8 главы «Откровения Иоанна Богослова» .

1 И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса.

Сюжет фильма.

В середине XIV века рыцарь Антониус Блок и его оруженосец возвращаются после десяти лет крестовых походов в родную Швецию. Блок устал от жизни, и не видит вокруг себя ничего, ради чего стоило бы продолжать влачить свое существование. Но прежде он хочет убедиться в том, что Бог — есть… И он встречает на пути Смерть…

— Смерть: Когда тебе надоест задавать вопросы?
— Рыцарь: Никогда не надоест.
— Смерть: Но ответа ты не получишь.
— Рыцарь: Часто мне кажется, что задать вопрос даже важнее.

— Я хотел бы исповедоваться истово, но душа моя пуста. И эта пустота как зеркало. Я смотрю на себя в это зеркало, и меня охватывает ужас… Неужели так уж немыслимо познать Бога, почувствовать Его. Почему я не могу убить Бога в себе? Почему Он так мучительно до унизительности продолжает жить во мне, хотя я проклинаю Его, жажду вырвать из своего сердца? Почему несмотря ни на что, Он как издевательство остается реальностью, и от нее невозможно освободиться?

Фильм — шедевр.  О влиянии «Седьмой печати» на собственное творчество говорили Андрей Тарковский, Вуди Аллен, Терри Гиллиам, Ридли Скотт, Гильермо дель Торо и многие другие крупные режиссеры.

Сам Бергман называл «Седьмую печать» одним из немногих фильмов в карьере, по-настоящему близких его сердцу. Причина такого отношения к картине, возможно, лежит в ее основной теме — в теме смерти. Бергман по этому поводу замечал: «Когда я был молодым, меня преследовал страх смерти, я ужасно боялся ее. Только когда я снял “Седьмую печать”, я в какой-то степени справился с этим страхом, потому что поговорил о нем».

1957 Приз (Jury Special Prize) Каннского кинофестиваля. Номинант на «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля.

1961 Приз «Серебряная лента» Национального Синдиката Итальянских Киножурналистов (Sindacato Nazionale Giornalisti Cinematografici Italiani) лучшему режиссёру.

1962 Призы Circulo de Escritores Cinematográficos (Испания): лучшему зарубежному режиссёру и за лучший зарубежный фильм. Приз Fotogramas de Plata (Испания) лучшему зарубежному исполнителю (Макс фон Сюдов). Призы Sant Jordi (Испания): лучшему зарубежному режиссёру и за лучший фильм года.

«Посмотрим, насколько мы правильно относимся к тому, что обойти не во власти нашей. Посмотрим, не сами ли мы, – кто от страха вдумывается в этот «ужасный вопрос», кто по легкомыслию, – добровольно отворачиваемся от «просветов», время от времени пропускающих, хотя и слабые, а все же лучи, сквозь густую «завесу», отделяющую от глаз наших следующую стадию нашего бытия, т. е. от «лучшего мира», о близости к нам которого большинство из нас и знать ничего не желает. В самом деле, нельзя не удивляться беспечности, с какою почти все мы относимся к самому важному вопросу: жить или не жить после смерти? Только тогда, когда удар судьбы отнимает от нас дорогое нам существо, в тоске своей по нем мы впервые начинаем задавать себе вопросы: «Где теперь он или она?… И в самом деле, существует ли нечто за пределами гроба?… Быть может, все кончено?… И никогда, по всей вероятности, мы не увидимся?! Но, впрочем, кто знает, быть может, и не все со смертью кончается?… »

https://azbyka.ru/otechnik/Grigorij_Djachenko/tajnaja-zhizn-dushi-posle-telesnoj-smerti/2_9


«Летняя интерлюдия» или что делать после смерти друга?

«Летняя интерлюдия» (швед. Sommarlek 1951) — чёрно-белый художественный фильм режиссёра И. Бергмана. Эрнст Ингмар Бергман (14 июля 1918, Уппсала, Швеция — 30 июля 2007, Форё, Готланд, Швеция) — шведский режиссёр театра и кино, сценарист, писатель.

На острове она встречает Хенрика, молодого студента, и между ними начинается роман. Летняя идиллия закончилась трагически — Хенрик неудачно прыгнул в воду, получил тяжёлую травму и не приходя в сознание скончался в больнице.

«Для меня лично «Летняя игра» — один из самых важных моих фильмов, хотя кому-то он, может быть, и покажется устаревшим. Но мне он таким не кажется. Тогда я впервые обнаружил, что работаю совершенно самостоятельно, что у меня есть свой стиль, что я создал наконец собственный фильм со своим особым обликом, которого никто не повторит. Этот фильм не похож ни на чей другой. Это было мое первое по-настоящему собственное произведение. Я вдруг обнаружил, что правильно устанавливаю камеру, что добиваюсь нужных мне результатов и все соответствует тому, что я задумал.»— Из интервью Ингмара Бергмана

В фильме несколько сюжетных линий, но одна из самых сильных после линии романтической любви двух молодых людей, смерть молодого человека и переживания главной героини фильма.

Что по этому поводу должен сказать православный психолог?

Св. Григорий Нисский пишет: «Ничего без рассуждения, ничего бесполезного не предано от Христовых проповедников и учеников и не принято повсеместною церковию Божиею, но это есть дело весьма богоугодное и полезное – при Божественном и преславном таинстве совершать поминовение об усопших в правой вере».

Св. Иоанн Златоуст, говоря о пользе молитв за умерших, пишет: «Не напрасно узаконено апостолами творить пред страшными тайнами поминовение об усопших: они знали, что великая бывает от сего польза для усопших, великое благодеяние». «Не напрасно бывают приношения за усопших, не напрасно моления, не напрасно милостыни: все это установил Дух Святой, желая, чтобы мы получили пользу друг чрез друга».

Св. Иоанн Дамаскин: «Таинники и самовидцы Слова, покорившие круг земной, ученики и божественные апостолы Спасителя не без причины, не напрасно и не без пользы установили при страшных, пречистых и животворящих Тайнах совершать поминовение о верных усопших, что от конец до конец земли владычествующая апостольская и свободная церковь Христа и Бога и содержит твердо и беспрекословно с того времени далее доныне и до кончины мира содержать будет. Ибо вера христианская, чуждая заблуждения, ничего бесполезного не приняла и не стала бы ненарушимо содержать вовеки, но все полезное, богоугодное и весьма спасительное».

Св. Кирилл Иерусалимский: «Поминаем и прежде почивших, во-первых, патриархов, пророков, апостолов, мучеников, чтобы их молитвами и предстательством принял Бог моление наше; потом молим о преставившихся святых отцах и епископах и, вообще, обо всех из нас прежде почивших, веруя, что превеликая будет польза душам, о которых моление возносится в то время, как святая предлежит и страшная жертва».

«Земляничная поляна» Бергмана и слово об осуждении аввы Дорофея

«Земляничная поляна» (швед. Smultronstället) — чёрно-белый фильм 1957 года шведского режиссёра Ингмара Бергмана; награждён призом «Золотой медведь» Берлинского кинофестиваля (1958), получил премию ФИПРЕССИ (1958), «Золотой глобус» (1960) и множество других наград.

Smultronstället в дословном переводе со шведского означает земляничное место. Данное выражение также является идиомой, служащей для обозначения любимого места, заветного уголка, связанного с положительными эмоциями и воспоминаниями. Сценарий к этому фильму написал сам режиссёр, в то время, когда он находился в больнице. Так о фильме пишут в Википедии.

Что можно сказать и написать с точки зрения православной психологии?

Фильм начинается фразой о том, что отношения людей строятся на осуждении других людей, что герой осторонился от этого и в результате остался один, но по его словам он выиграл, потому что всего самого отдал науке (медицине).

Авва Дорофей говорил об осуждении следующее:

«Нет ничего хуже осуждения. Однако и в такое великое зло человек приходит от невнимания к чему-то, казалось бы, ничтожному. Ибо когда человек позволяет себе немного понаблюдать за кем-либо, поразмышлять и порассуждать о нём, то от этого ум начинает оставлять свои грехи без внимания и замечать грехи ближнего. И потом получается, что мы осуждаем и злословим, уничижаем ближних, и наконец впадаем и в то самое, за что осуждаем. Ибо оттого, что человек не заботится о своих грехах и не оплакивает, как сказали отцы, «своего мертвеца», не может он преуспеть ни в чём добром, но всегда обращает внимание на дела ближнего.

А ничто столько не прогневляет Бога, ничто так не обедняет человека и не удаляет от Бога, как злословие или осуждение, или уничижение ближнего.

Одно дело злословить или порицать, другое – осуждать и иное – уничижать.

Порицать – значит сказать о ком-нибудь: такой-то солгал, или разгневался, или впал в блуд, или сделал что-либо подобное.

А осуждать – значит сказать: такой-то лгун, гневлив, блудник.

Грех осуждения настолько тяжелее всякого другого греха, что Сам Христос сказал: Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего (Лк. 6, 42), и грех ближнего уподобил сучку, а осуждение – бревну. Так-то тяжело осуждение, превосходящее всякий грех. Одному Богу принадлежит власть оправдывать и осуждать, поскольку Он знает и душевное устроение каждого, и силу, и образ воспитания и дарования, и телосложение, и способности, и сообразно с этим судит каждого, как Он Сам Один знает.

Иногда же мы не только осуждаем, но и уничижаем ближнего, ибо иное, как я сказал, осуждать и иное – уничижать. Уничижение – это когда человек не только осуждает другого, но презирает его, то есть гнушается ближним и отвращается от него, как от некоей мерзости, – это хуже осуждения и гораздо пагубнее.

Хотящие же спастись не обращают внимания на недостатки ближних, но всегда смотрят на свои собственные – и преуспевают на пути спасения.

Бесчестья и укоризны – вот лекарства, врачующие гордость души твоей, и молись об укоряющих тебя как об истинных врачах твоей души.

Невеликое дело – не судить того или сострадать тому, кто находится в скорби и покоряется тебе, но велико – не судить того, кто тебе противоречит, не мстить ему по страсти, не соглашаться с осуждающим его и радоваться вместе с предпочтённым тебе.

Не буду дословно сейчас разбирать этот кинематографический шедевр. Фильм фантастичен! Необыкновенно хорош своими знаками и символами. Не случайно он был любимым фильмом Андрея Тарковского. Его можно с эстетического точки зрения смотреть через стоп-кадр, как точно выверенную композицию, например, картины. Кстати, наверно, не случайно старые мастера кино в своей лексике говоря о фильме, употребляют слово «картина».